Новости

Ада Алексеевна ЧЕРКАЩЕНКО — удивительно добрая, отзывчивая и обаятельная женщина. Она — юная партизанка, боец «Батальона белорусских орлят», почетная пионерка столицы и оборонного общества республики. Жена офицера ПВО, исколесившая с мужем и детьми весь Советский Союз. Четверть века проработавшая в Минском ВИЗРУ, Ада Алексеевна не понаслышке знает о воинском долге и патриотизме. Она всегда желанный гость в студенческих, ученических, воинских, трудовых коллективах, пионерских и молодежных организациях.

f50e2b73bcbfdb02d6d81b9805133491Молодежи Ада Алексеевна рассказывает о своем детстве, опаленном огнем войны. Родилась в 1930 году Пропойске (с 23 мая 1945 года —Славгород) Могилевской области в семье начальника участков шоссейных дорог Алексея Афанасьевича Лисицына, здесь уже воспитывались три девочки, младшей из которых едва исполнился годик. Семья жила в буквальном смысле «на колесах», периодически переезжая вместе со строителями-дорожниками в города Довск, Рогачев, Бобруйск, Слуцк. В 1940 году Алексея Афанасьевича назначили в Слоним начальником дорожно-эксплуатационного управления шоссейной дороги Москва—Варшава. Здесь пионерка Ада и встретила страшное известие о начале Великой Отечественной войны, которое 22 июня 1941 года принес отец после экстренного совещания городского актива.  Вскоре над Слонимом на малой высоте закружили вражеские самолеты, стали бомбить город. Люди выбегали из домов, повсюду слышались раздирающие душу крики раненых, началась паника. Женская часть семьи Лисицыных покинула Слоним на «полуторке», где находились еще двенадцать детей. Дорога была забита подводами, машинами и беженцами.  Аде запомнилось, что в Слуцке окна были заклеены крест-накрест. А за десять километров от Бобруйска было видно, как горел город. Самолеты летали низко, на бреющем полете обстреливая транспорт и людей. Во время одного такого авианалета «полуторка» получила серьезное повреждение, в итоге женщинам и детям добираться до Пропойска (с 23 мая 1945 года — Славгород) пришлось пешком. Здесь жили тетя и дедушка Ады, но их дом сгорел, поэтому беженцы (а их набралось 12 человек) устроились в бане. В июле 1941 года город заняли фашисты. Во время боев под украинскими Пятихатками отец Ады Алексей Лисицын попал в плен, однако ему удалось бежать и тайно добраться до Пропойска. Долгое время он прятался, а затем пошел на биржу труда и устроился как бывший специалист на работу по обслуживанию шоссейной дороги. Здесь Алексей Афанасьевич организовал и возглавил подпольную группу, в которую, помимо взрослых, были вовлечены и дети-подростки, в том числе и его дочь Ада. Партийно-комсомольская подпольная группа, действовавшая в Пропойске, организационно входила в состав партизанского отряда имени К. Е. Ворошилова.  Вскоре 12-летняя Ада стала связной между подпольной группой и партизанским отрядом. Через нее передавались сведения о противнике, приказы партизанского командования. Сообщения и записки зашивали девочке в подол платья. Не раз Ада переходила вброд речку Проню, где на берегу был устроен тщательно замаскированный тайник. Здесь юная пионерка оставляла нужные сведения для партизан и забирала донесения, подготовленные ими. Потом, как ни в чем не бывало, с полной сумкой щавеля, который собирала на лугу, возвращалась домой. Ада много раз проделывала этот путь.
e2798bdb6943ee173df4144c096aac6c

Нередко она вместе с ребятами стояла в «дозоре» на углу улицы Пионерской, когда подпольщики в деревенской бане принимали радиосводки Совинформбюро из Москвы. Затем листовки ребята тайно расклеивали по городу. И все-таки, несмотря на тщательную конспирацию, подпольную группу раскрыли. Пришли за отцом, но он к этому времени был уже в лесу у партизан. В тюрьму попала мама Ады Полина Васильевна. Сестрички остались одни, и нужно было срочно скрываться. Маленькую Тамару Ада несла на плечах. С трудом они добрались до Каменки, а оттуда детей переправили в партизанский отряд… На встречах с молодежью Ада Алексеевна часто рассказывает, как подростки собирали в лесу оружие, оставленное после тяжелых боев. А затем несли его на правый берег Сожа, где недалеко от деревни партизаны устроили замаскированный блиндаж. Патроны она носила в большом кармане, который находился под одеждой. Самое трудное для нее было перетащить автомат, привязанный веревкой к телу, через реку. Во время такого перехода Ада чуть не утонула. Спасли мальчишки, которые вытащили ее, обессилевшую, на берег.  В партизанском отряде Ада вместе с семьей пробыла до конца сентября 1943 года, когда часть Могилевской области освободили советские войска. Лисицыны вначале переехали в Кричев. А летом 1944 года, когда советские войска освободили Беларусь, — в поселок Глуша Бобруйского района. Здесь Ада вновь пошла в школу.  Об окончании войны местные жители узнали 9 мая 1945 года. Многие в этот момент работали на дороге Москва—Варшава, когда вдруг остановились военные машины и солдаты начали стрелять в воздух. Народ ликовал. Обнимались, целовались, кричали и плакали от счастья. Это был, по словам Ады Алексеевны, самый счастливый день в ее жизни. Прошло уже много лет, но партизанка до сих пор хранит в памяти и тот цветущий луг, где она рвала щавель, и тайник с оружием у Сожа, и все, что связано с войной. В минской средней школе № 67 есть музей, где собрана информация о юных партизанах, подпольщиках, связных военной поры, в том числе и о ней. 

Николай ШЕВЧЕНКО, член Белорусского союза журналистов, «СБ»